Говоря о деконструктивных тенденциях, надо уяснить, что полем их претворения всегда является определенный дискурс, и в случае рассмотрения деконструкции в антропном контексте, это главным образом дискурс результата ограничения сознания божественной сущности, а точнее его эмуляции, подвергнутой первому ограничению уже в силу выделения в особую инстанцию эмуляции (дубля) сознания из сферы неподвижных звезд, что подразумевает в конечном счете создание так называемого "разоблаченного космоса", который и становится базисом указанного выше дискурса. Неизбежно должна вызывать определенные сомнения возможность негативной оценки деконструкции того, что само по себе не существует и является элементом эмуляции "ограниченного состояния", а именно, своеобразной "незапятнанной данностью", которая заключена в границах "разоблаченного космоса" и в рамках дискурса позиционируется как чистая эссенция, предположим некими чудовищными усилиями освобожденная от "нечистых деталей", благодаря которым космос был бы непрозрачным, а значит, согласно этой теории, находящимся не на высоте. Вводясь в дискурс этой небольшой, неактивной, лишенной регалий могущества и потому "разоблаченной" (с точки зрения мiра, напротив, облаченной в соответствующее число покровов космоса, что делает видение его "разоблаченным" наиболее притягательным для фантомных порождений) эмуляции, ум фантомных порождений (т. е. технических терминов, допускаемых внутри дискурса, и хотя в общепринятом лексиконе их ныне охарактеризовали бы как "людей", нужно помнить, что людям среди них отводится лишь незначительное место) неизбежно должен тендировать к выполнению своей программы, преимущественно деконструктивной (являющейся таковой и в так называемых архаических обществах, благодаря чему возможно претворение их деградации), поэтому мы не можем оценивать деконструкцию пейоративно, зная о том, что исполнение программы всегда телеологично. Излишне указывать на то обстоятельство, что сугубо положительная оценка любого феномена зачастую идет рука об руку с обусловленной правилами пиетета праедестинаций личной обязанностью инфильтрировать места сосредоточения того или иного материала или лично являться туда, ведя за собой, помимо сущностного благоухания, все прелести безумия, самокалечения, а также голод, мор и стада пожирателей самосознания, ибо единственный метод ведения оборонительной войны состоит в захвате всех территорий и полной абсорбации всех инстанций.